Частица Бога

Эта глава начинается прямо со знаменитого прозвища: физик, нобелевский лауреат Леон Ледерман, в шутку назвал бозон Хиггса «частицей Бога» в своей книге 1993 года — на самом деле потому, что издательство отказалось от предложенного им названия «проклятая частица». Когда в 2012 году в ЦЕРН объявили об открытии, это прозвище стало настолько популярным, что многие восприняли его буквально, а не как метафору — хотя сами физики почти никогда не используют это выражение, называя частицу просто «Хиггсом».

Интересно, что сам Хиггс был недоволен таким названием — он открыто критиковал его, говоря, что оно может задеть верующих. Хотя некоторые философы-теисты хотели использовать частицу как пример в пользу аргумента от замысла, эта дискуссия велась в основном вокруг темы мультивселенной, и, по мнению Таслaмана, «частица Бога» сама по себе никогда широко не популяризировалась в этом направлении.

Здесь Таслaман сопоставляет два противоположных утверждения. С одной стороны, некоторые религиозные авторы представили открытие как «подтверждение» существования Бога, даже как приглашение к личной вере; с другой — в интернете распространились фразы вроде «с 4 июля 2012 года Бог стал полностью не нужен». Показывая оба утверждения на одной странице, автор доказывает, что оба они беспочвенны и скорее риторичны. В качестве примера он ссылается на пост анонимного религиозного блога, где христианским читателям советуют с радостью встретить открытие Хиггса, поскольку оно подтверждает истину, которую они уже переживают лично — существование Бога и возможность связи с Ним через Иисуса Христа.

Основной аргумент строится на критике концепции «Бога пробелов» (God of the gaps). Таслaман объясняет, что этот подход изображает теизм так: якобы верующие помещают Бога только в пробелы, которые наука пока не может объяснить — например, в прошлом кто-то говорил «мы не знаем, как бьётся сердце, значит, это делает Бог» или «мы не знаем, как возникает свет звёзд, значит, его создал Бог». Когда пробел закрывается, потребность в Боге исчезает. Но, по мнению автора, почти никто из современных философов религии не строит свои аргументы таким образом — космологический аргумент и аргумент от замысла опираются не на то, чего наука не знает, а именно на то, что она знает.

Ещё один примечательный довод в этой главе — историческое сравнение. Таслaман напоминает, что когда вопрос о начале вселенной ещё не был прояснён, между теистами и атеистами существовало чёткое разделение ещё до появления научных данных — одни настойчиво отстаивали идею начала, другие утверждали вечность вселенной (с исключениями вроде Аристотеля и Ибн Сины, не вписывавшимися чётко ни в один из лагерей). Но после того как существование бозона Хиггса было теоретически предложено в 1964 году, подобного размежевания между физиками-теистами и физиками-атеистами так и не возникло. По мнению автора, это дополнительное доказательство того, что теологическое значение частицы не так велико, как утверждается.

В конце главы автор прямо называет тех, кто, представляя форму «Бога пробелов» как реальную позицию теизма, впадает в эту логическую ошибку — среди них такие известные физики, как Стивен Хокинг. Таслaман отмечает, что не каждое высказывание физика относится к физике — иногда, рассуждая о вселенной и материи, они незаметно для себя переходят в область философии, но их научный авторитет заставляет воспринимать это как научный факт.

Глава сводит общую позицию книги к одной фразе: ни одно физическое открытие — включая бозон Хиггса — не может ни доказать, ни опровергнуть существование Бога. По мнению Таслaмана, оба утверждения не проявляют должной осторожности при превращении научных данных в философский вывод; результат — не наука, а риторика.

Дальше — работа оставшихся глав книги: аналогия, построенная вокруг сокрытости Бога, аргумент о математической структуре вселенной и всё ещё открытые вопросы физики. Поэтому мы останавливаемся здесь и советуем взять книгу и прочитать её самим. Но если прочитанное вас заинтересовало и вы не можете решить, брать ли книгу, ниже есть раздел со спойлерами.

• 8 коротких глав, всего 64 страницы — плотная брошюра, которую можно осилить за несколько часов.
• Каждое утверждение подкреплено научной ссылкой: корректные внутритекстовые отсылки к таким физикам, как Хиггс, Вигнер, Хокинг, Полкинхорн.
• Тон академический, но без тяжёлого жаргона; сложные идеи изложены короткими предложениями.
• Книга издана только на турецком, азербайджанского перевода нет — из-за близости языков барьер почти не ощущается.
• В конце книги — рекламные страницы других книг автора, они занимают часть общего объёма.