Лидер и демагог

Заглавная статья начинается с простого, но запоминающегося различения: при многопартийной системе создать партию легко, и председателя каждой партии называют «лидером», но быть председателем — ещё не значит быть лидером. Айдемир сравнивает: в Британии три партии, в США две, а до Второй мировой войны в Греции действовали 47 партий, в Болгарии — 50. Вывод: многопартийность — «поле, на котором растут лидеры», но не всё, что на нём вырастает, — лидер.

Автор определяет лидера тремя качествами: вернее всех оценивать события и условия, благодаря этому видеть дальше всех и в итоге уметь задавать направление ходу событий. Демагог же, по его словам, — «человек момента», который в странах с недостаточным образованием, не чувствуя никакой ответственности, говорит по ветру и кувыркается перед толпой с дешёвыми лозунгами. Конкретными примерами демагогии Айдемир называет торговлю религией и торговлю «надуманной борьбой с коммунизмом».

Последняя часть посвящена Турции 1974 года: страна в кризисах, кажущихся неразрешимыми, и «демагоги машут крыльями со зловещими криками в этом дымном воздухе». Но Айдемир не теряет надежды: он напоминает, как нация выходила из безнадёжных тупиков в 1918–1974 годах, и заканчивает словами: «день, когда мы впадём в отчаяние, — это день, которого ждут внутренние и внешние враги». Эта фраза хорошо передаёт и настроение эпохи, и кемалистский оптимизм автора.

Вторая статья — один из самых интересных текстов книги. Айдемир пишет, что величайшее несчастье идей и доктрин — однажды «превратиться в слова»: как логика Аристотеля стала основой средневековой схоластики, а закон Моисея — формализмом фарисеев, так и в Турции есть опасность превратить кемализм в «кемализм слов» — лозунг тех, кто размахивает именем Ататюрка как флагом, но не утруждает себя пониманием его идей. Этому он противопоставляет «кемализм идей».

Здесь Айдемир делает и смелое признание: в 1962 году на турецком языке не было даже добротной биографии Ататюрка, написанной современными научными методами, и трудно было порекомендовать иностранному интеллектуалу серьёзную турецкую книгу — он говорит об этом, вспоминая встречу с лордом Кинроссом, готовившим книгу об Ататюрке. Сравнение ататюрковского понятия родины с представлениями Намыка Кемаля, Энвер-паши и Зии Гёкальпа (границы Национального обета против мечты о «Туране») — ещё одна сильная сторона статьи.

Слабое место книги — составление: статьи расположены не по хронологии, в конце каждой указаны лишь издание и дата, никаких пояснений и примечаний нет. Читателю, не знающему имён, партий и событий 1960–70-х, многие тексты дадутся с трудом. Язык к тому же полон османской лексики того времени. И всё же различие «лидер или демагог» применимо сегодня к политике почти любой страны.

• Короткие газетные статьи, каждую можно читать отдельно
• Публицистика, богатая историческими сравнениями и личными воспоминаниями
• В конце каждой статьи указаны издание и дата публикации
• Предисловие составителя — сына автора Эртугрула Айдемира