Насилие в школе — глобальная угроза?

Дебарбьё точно датирует момент, когда Франция «открыла» школьное насилие: 12 ноября 1990 года, парижский марш школьников под лозунгом «больше безопасности в лицеях», сопровождавшийся погромами. Проблема существовала и раньше — социологи писали о ней в 1960–70-е, — но лишь после того, как её открыли СМИ, она стала идеологической темой, нередко связанной с ксенофобией и предвыборной борьбой. Отсюда главный вопрос книги: реальна ли угроза или тема раздута — и даже выдумана — медиа, политиками и «экспертами»?

Ответ — ни «да», ни «нет». Автор считает одинаково опасными две ловушки: сенсационное преувеличение и отрицание в духе «это всё СМИ». Хороший пример — раздел о школьных бойнях: перечисляя самые кровавые случаи от взрыва школы в Мичигане, устроенного Эндрю Кихоу в 1927 году, до Беслана в 2004-м, он показывает, что подавляющее большинство погибших убиты взрослыми, а не подростками. Образ «одичавшей молодёжи» фактам не соответствует.

Самая сильная идея книги — «мелкое насилие». В Италии 52% учеников, а во французских опросах автора более 73% учащихся коллежей и 78% младших школьников говорят, что их называли унизительными кличками. По отдельности такие эпизоды кажутся пустяком, но повторяясь, превращаются в устойчивые отношения жертвы и агрессора, то есть в травлю. Поскольку криминальная статистика этого не фиксирует, Дебарбьё настойчиво отстаивает независимые опросы жертв: официальные цифры либо преувеличивают, либо не замечают.

Таблица в главе о профилактике (по докладу Главного хирурга США 2004 года) — самая практичная страница: развитие навыков, поощрение позитивного поведения, техники управления классом, обучение родителей и семейная терапия работают; наставничество сверстников, программы изъятия оружия, исправительные «буткемпы» и индивидуальные нравоучения — нет. Автор отвергает то, что называет «решениями сильной руки», и подчёркивает: сама школа — её организация, педагогика, климат — может как усиливать, так и снижать насилие.

Есть и слабые стороны. Текст академичен, местами полемичен, а турецкий перевод тяжёл и порой туманен. Большинство данных относится к началу 2000-х, кибербуллинга почти нет. И всё же для всех, кто рассуждает о «школьном насилии», — особенно для чиновников и учителей — это важный образец спокойного, основанного на данных и неидеологического подхода.

• Сравнительные данные и результаты опросов из десятков стран
• Одинаково критичный взгляд и на правый популизм, и на левое отрицание
• Доказательные таблицы: что работает, а что нет