Снова ты?

Роман открывается смешной и живой сценой. Расставив ноги на ширине плеч у Бруклинского музея, Ари собирает пожертвования на защиту «второго по величине ареала рыси в Нью-Джерси». Её тактика «начинай с провокации» — обратиться к человеку, который десять минут стоял за колд-брю за шесть долларов, — не срабатывает с высоким мужчиной в очках и дорогих джинсах: он огрызается, что говорит по телефону, и обходит её. Ари тянется к его кофе: «Можно глоточек?» Сцена сразу показывает характер Ари — бесстыжая, смелая, немного хаотичная.

Голдбек выстраивает жизнь Ари с юмором, но реалистичными деталями: она приехала в Нью-Йорк ради комедийной карьеры, а собирает пожертвования на улице; «уютная» вторая спальня её соседки Натали на деле — встроенный шкаф с двухъярусной кроватью; её наставник и любовник Гейб рассказывал ей сказки о мире комедии, а сам работает кассиром в лапшичной. То, что Ари и Гейб три недели «смотрят» «Начало» кусками по четырнадцать минут, прекрасно передаёт современный иронический тон романа.

Затем у двери появляется тот самый грубиян — Джош Кестенберг, «парень Натали». Переключение на его точку зрения — самый сильный приём романа: в голове Джоша тикают часы — по плану через восемь минут Натали должна потягивать Sancerre и смотреть, как он нарезает апельсины, а этой ночью их отношения должны стать официальными, с восклицательным знаком. Вместо этого перед ним розововолосая незнакомка в мужских трусах и укороченной футболке «Obama HOPE». Его мысль «Нет — точка. Так лучше» остроумно раскрывает его перфекционизм и стремление всё контролировать.

Диалог у двери — душа книги: Ари соглашается впустить его при одном условии — пусть «искупит» утреннюю грубость пожертвованием в 40 долларов. Джош считает это мошенничеством, а Ари отвечает: «Да, я хожу по всем квартирам Бруклина и заставляю мажорных парней моих соседок чувствовать вину, чтобы они регулярно жертвовали». Оба героя остры на язык, полные противоположности и именно поэтому притягательны — классическое начало по формуле «Гарри и Салли».

Слабые стороны: роман следует знакомой формуле, и читатель заранее угадывает финал. Грубая лексика и откровенные сцены начинаются с первой главы и повторяются на протяжении всей книги — это подойдёт не каждому. В турецком переводе часть американских шуток и культурных отсылок теряется. И всё же для любителей жанра это умная, смешная и современная романтическая комедия.

• Повествование от третьего лица с чередованием точек зрения Ари и Джоша
• Структура, построенная на встречах, повторяющихся на протяжении лет
• Отсылки к поп-культуре и язык комедийной сцены