Афтершок — как справиться с травмой в мире насилия

Отправная точка ясна: те, кто борется с насилием, тоже им ранены. Понятие «активиста высокого риска» широкое — не только штатные сотрудники больших организаций, но и безвестная женщина, взявшая на себя всех бездомных кошек бедного квартала, подросток, совершивший каминг-аут в школе, протестующий, столкнувшийся с полицейским насилием, арестом и перцовым газом, волонтёр, убирающий последствия катастрофы. Особо джонс подчёркивает свидетельство: видеть чужие страдания и не иметь возможности помочь порой тяжелее собственной раны.

Самая интересная мысль книги — о выборе. Активисты часто сознательно идут на риск травмы и потому считают, что не вправе видеть себя жертвами и просить о помощи; свойственное пережившим травму самообвинение здесь усиливается. Но, по мысли автора, этот выбор — и противоядие: ощущение, что решение принято самостоятельно и действие было результативным, помогает подняться после кризиса. Для восстановления из модели Джудит Герман взяты три элемента (убежище, память и горевание, связь), а четвёртый — примирение — добавлен автором.

Практическая часть проста и полезна: высыпайтесь, пейте воду, каждый день бывайте на воздухе, прислушивайтесь к телу; перед рискованной акцией репетируйте, визуализируйте успех, не проводите ночь за выпивкой; во время акции следите за дыханием и говорите с собой успокаивающим тоном; потом поговорите с товарищами. Советы построены по образцу спортивной подготовки и подходят всем, кто работает в стрессовой среде, не только активистам. Верна и мысль о темпе: когда каждое мгновение кажется чрезвычайным, человек, который не останавливается, не выживает и не остаётся эффективным.

Слабость в том, что мировоззрение пропитывает всё. Веганское питание подаётся как совет для психического здоровья, мясо в очереди супермаркета описано как «окровавленные части тел», а рассказ знакомого, видевшего свастики на американских флагах, приводится с сочувствием. В примечаниях спорная теория «Сахарасии» Джеймса Демео о происхождении патриархата названа «сильной». Незаконные прямые акции воспринимаются как естественный фон. Для читателя, не разделяющего этих взглядов, текст часто будет утомительным и односторонним.

Турецкий перевод читается легко. Итог: это не научная книга о травме, а сочувственное руководство, написанное изнутри движения. Для того, кто на работе постоянно видит страдания и близок к выгоранию, — особенно в зоозащитных и экологических движениях, — в ней есть ценные страницы; более широкому читателю придётся взять практическую часть и отложить идеологический слой.

• Попытка описать специфическую травму активизма («афтершок») отдельно
• Отдельные разделы советов для активистов, товарищей, организаций, терапевтов и сообществ