Асья

Начальная сцена необычайно жестока для турецкого любовного романа. Ночью на старой станции Асья стоит на коленях с окровавленным лицом, брат Четин приставил пистолет к её голове, а отец Хасан кивает: «Стреляй!». Автор пользуется повествованием от третьего лица, чтобы заглянуть и в головы убийц: Четин думает о годах в тюрьме, но не о своём двухлетнем ребёнке, ведь «если думать — не сможешь»; отец жалеет, что отправил дочь учиться, — «надо было сразу выдать за богатого». Открытый вопрос текста — «Что за странное понятие — честь: смертью одной женщины очищается честь всех мужчин, всей семьи» — ясно показывает критическую позицию романа.

Появление Омера Асафа выстроено параллельно: в тот день врач сказал ему, что у него не может быть детей, и, считая, что не вправе омрачать жизнь ни одной женщине, он решил «запереть» сердце. То, что именно в таком состоянии он забредает на станцию и вмешивается как уважаемый в городке столяр, «человек слова», драматургически продумано: мужчина, мечтающий о ребёнке и лишённый такой возможности, принимает чужого. Его ответ на издевательское «Что, женишься на ней?» — «Если дело в этом, женюсь» — главный узел романа.

Самая горькая деталь сцены — торг: отец требует свадьбы в течение недели, «пока не стал виден живот», а брат, пользуясь случаем, просит списать старый долг Омеру. Омер соглашается — «пусть пропадут эти деньги», ведь «какое значение имеют деньги, когда человечность уже потеряна?» Эти мелочи остро показывают лицемерие провинции и то, как жизнь женщины становится предметом торга.

Сцена сватовства меняет тон и привносит элементы сериальной комедии: Асья дрожащими руками проливает кофе на брюки Омера, невестка пересаливает ему кофе, свекровь Нериман причитает «ошпарила сыночка!», а сестра-близнец Омера Лейла снимает всё на телефон. Синяки, скрытые под макияжем, напоминают, как тяжела правда за этими лёгкими моментами. Короткий разговор у раковины — «Я не выйду за тебя». — «Ты хочешь умереть, Асья?» — точно передаёт тупик, в котором оказались герои.

Слабые стороны: некоторые персонажи — особенно отец и брат — одномерные «злодеи», а образ свекрови не выходит за рамки жанрового шаблона. Текст часто прямо объясняет чувства и повторяет одну. И всё же «Асья» заслуживает внимания попыткой донести тему убийств чести до массового читателя любовных романов.

• Повествование от третьего лица с переходами во внутренний мир нескольких героев
• Переходы от жёсткой драмы к сериальному юмору
• Подробное изображение жизни маленького городка, соседей и семейных отношений